Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Не хотите птичку?

Мы с семилетним сыном шли в магазин, когда к нам на улице подошел незнакомый подросток лет четырнадцати. «Не хотите птичку?» - спросил он, я автоматически, не успев осмыслить происходящее, лишь заметив краем глаза какое-то яркое зеленое пятно у парня в руках, отрицательно покачала головой и прошла мимо.
Мы с сыном вошли в магазин. Я толкала перед собой тележку и думала о том, что у мальчишки с птицей был какой-то небольшой дефект речи. Он очень смущался и протягивал мне свою бумажную поделку с виноватым видом человека, готового к тому, что ему не просто откажут - его оттолкнут. Пошлют, то есть, если называть вещи совсем уж своими именами.
Птичка была сложена из множества листов разноцветной бумаги. Поделка была большая и даже самого беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что это мастерская работа. Не кораблик из газеты.
Я понимала, что я – я сама – хотела выслушать обратившегося ко мне мальчика. Ребенок продавал свою работу и работу очень качественную, и, это ощущалось, ему зачем-то очень были нужны деньги. Я – я сама – хотела купить эту птичку.
Потому что я чувствовала, что так надо.
Но у меня в голове зазвучали голоса, голоса людей, в общем-то, желавших мне только добра и стремившихся защитить меня от мошенников, обманщиков и прочих злоумышленников. На-наркотики-деньги-потратит-или-на-клей-какой-нибудь-эти-попрошайки-в-бентли-ездят-да-он-украл-эту-птицу-поди-всякую-херню-втюхивают-кризис-нефиг-тратить-деньги-на-всякое-абы-что - стандартный набор.
Но я понимала, что мне почему-то очень жалко того подростка, и что я не нравлюсь себе такой.
Я катила свою тележку и пыталась придумать себе какое-нибудь оправдание – оправдать себя в своих собственных глазах: в глазах обладателей голосов я-то была молодцом-огурцом, - как вдруг услышала сына.
- Почему ты не купила эту птичку? – спросил меня семилетний ребенок. – Надо было купить. У того мальчика было такое лицо… Мне его очень жалко. Эту птицу надо было купить.
Сын озвучил мои мысли слово в слово.
У меня сжалось все внутри.
Во-первых, потому что меня всегда восхищают и вызывают бесконечное уважение проявления подобной человечности и сострадания, тем более неожиданные от семилетнего ребенка. Взрослые почему-то убеждены, что дети в силу своего возраста неспособны к эмпатии, - а это абсолютно не так. Дети бесконечно чутки и внимательны, у них великолепная интуиция, они прекрасно считывают чужие эмоции и состояния, и безошибочно ориентируются в подтекстах, скрытых смыслах, истинных мотивах и внутренних переживаниях окружающих.
Во-вторых, меня очень обрадовало то, что мой ребенок не побоялся оспорить мое решение. Забавно, но дети, щадя своих родителей - то есть, да, даже вовсе не из страха перед ними, а из своего благородства, великодушия и из жалости к маме и папе, – как правило, своего несогласия с ними стараются не показывать. Взрослый ведь опытнее, умнее, мудрее - ребенок, указавший взрослому на его неправоту, как будто уничтожает авторитет последнего на корню. Ребенок предпочтет не унижать любимого человека подобным образом – это снисхождение более сильного к более уязвимому, а ребенок в подобной ситуации, безусловно, – сторона более сильная. Потому что по-настоящему сильный взрослый не допустит возникновения такой ситуации: сильный взрослый сам способен признать свою ошибку.
Я сказала сыну, что он прав. Что птицу нужно было купить, и что мы купим ее. И что он – молодец и большая, большая умница.
Мы расплатились, вышли из магазина и осмотрелись. Наш знакомый подросток предлагал свою поделку большому-большому дяденьке в большой-большой дорогой-дорогой машине на парковке. Дяденька отрицательно качал головой в открытое окно.
Я испытала облегчение. Подтолкнула сына: позови его скорее! Мы купили птицу. Триста рублей: «тут бумаги на двести!» - объяснил автор работы, и я охотно ему верю – бумага хорошая и ушло ее много. Птица невероятно красивая. Прекрасная работа.
Сын бережно держал птицу в руках в такси, пока мы ехали домой.
По пути я думала о том, что я всегда понимала – хорошо понимала – что это неважно – что сделали тебе. Важно то, что ты сам сделал. Меня обманывали в жизни. Не так часто. Но бывало. Это очень неприятно. Чувствуешь себя полнейшим идиотом. Но тот, кто тебя обманул – это его выбор и его проблема: ему потом смотреть себе самому в глаза. А тебе смотреть в глаза себе самому – зная о себе все.
Мы живем в очень некрасивой, уродливой стране в очень некрасивое, уродливое время, когда страх быть обманутым и осмеянным за это, гораздо сильнее стыда унизить недоверием и не помочь тому, кто нуждался в твоей помощи, и кому ты мог помочь, но не помог. Но, подыскивая себе оправдания в очередной раз, стоит задуматься над тем, что вот это уродливое отношение друг к другу – оно у нас автоматическое, непроизвольное, рефлекторное. И оно во всем – в каждой паскудной мелочи.
Вечером я смотрела на птицу на моем столе и чувствовала, что мне почему-то – несильно, но ощутимо - больно. Пытаясь добраться до источника этих своих ощущений, я перебирала и анализировала их: больно, потому что я такая, больно, потому что все вокруг такие, больно, потому что все вот так, - пока не добралась, наконец, до сути своего состояния. Больно оттого, что я очень, очень счастлива, что у меня такой сын.


Я не готова в этом разбираться!

«Я не готова в этом разбираться!» - говорит моя подруга. - «Я вожу машину и заправляю ее, а больше я не хочу ничего о ней знать, пусть этим занимаются специалисты» Вернувшись из чайного бутика, она, потрясенная, делилась впечатлениями: «Это целый мир, огромный пласт информации. Сорта чаев, купажи, с чем пить, зачем пить, с какими медом сочетается, с каким нет, – это же настоящая наука! Про сорта меда я вообще молчу…» По такому же принципу она одевается: у нее есть знакомый стилист, знаниям и вкусу которого она доверяет, она пользуется его услугами и слышать ничего не хочет о модах, тенденциях и сочетаниях цветов и фактур. «У меня нет на это времени!» - моя подруга очень занятой человек. – «Пусть каждым делом занимаются профессионалы. Я не готова в этом разбираться»
Это тот редкий случай, когда я с ней полностью согласна. Современная жизнь становится по-настоящему невыносимой: от тебя требуется быть человеком-университетом и вмещать неподъемные объемы знаний, и, что самое паршивое, - это касается самой обычной, самой банальной, самой заурядной каждодневной – ежечасной и ежеминутной - повседневности.
Как правильно питаться: что есть, что не есть, что вредно, что полезно, что исключить и чем заменить, сколько минут жевать и с какой периодичностью глотать, в какое время принимать пищу, в какой лунный день какого астрономического цикла можно пить кефир, а в какой категорически нельзя, – сотни постов в соцсетях расписывают каждое твое движение челюстью и глоток посекундно, раскладывая содержимое твоей тарелки, желудка и тонкой кишки на молекулы.
Collapse )

Враг народа или как закалялась паранойя

Девочка лет десяти захлебываясь рассказывает, как ей понравилось на выходных у бабушки, как ей не хотелось уезжать, и как ей было хорошо там, в гостях. «Да, было круто», - поддакивает мать ребенка.
«Ай, спасибо! Я тут стараюсь ради вас, все для вас делаю, а вам дома плохо!» - вдруг взрывается отец семейства.

Collapse )

А какой он под штанами

Первую куклу-мальчика я купила дочери несколько лет назад – и тогда же впервые я увидела такую куклу. Три дня мы с подружкой, возмущая и сердя владелицу игрушки, забавлялись с принцем, раздевая-одевая-переодевая его (а какой он под штанами?), удивляясь правдоподобности пластмассовых рельефов под миниатюрной рубашкой.
В детстве советской девочки не было кукол-мужчин. Играя в сказки про принцев и принцесс, маленькая «кукловодительница» принца вынуждена была воображать. Принц в этой сказочной системе всегда был бесплотным духом. Мечтой в головке под бантиком.
И, хотя упорно считается, что, чем проще игрушка, тем лучше она развивает воображение - это совершенно не так: неинтересная игрушка - это удушение воображения в зародыше. Скудость воображения воспитанного на деревянных "кониках без ногы" ребенка в очередной раз подтверждает тот факт, что многие взрослые женщины с трудом смогут сформулировать, каким им видится идеальный мужчина. Как правило, описание "мальчика-мечты" сводится к набору более чем обтекаемых штампов, среди которых неуклюжие формулировки наподобие «сильное мужское плечо», «надежный», «рядом с которым я смогу быть слабой», «сильный», «который сумеет защитить», «который будет восхищаться и любить»
То есть, в представлении женщины мужчина – это не человек из крови и плоти, а некий абстрактный добрый и восторженный сгусток энергии. Маловыразительное облако в штанах.


Collapse )

Любовь по талонам

Молодая и очень красивая девушка уговаривает двухлетнего сына не капризничать. Ребенок просит есть. Мамочка отчитывает его и обвиняет в недальновидности и неумении прогнозировать свою жизнь: нужно было утром завтракать дома, когда давали вкусную кашу, а сейчас где еды взять?
Мы едем на машине, а молодая красивая мамочка – моя любимая подружка. Я предлагаю остановиться на заправке и купить ребенку печенья – все так просто. Мы же не на поезде, и не в открытом космосе. Но подружка смущается: она боится обременить нас, она и так чувствует себя в долгу перед нами – мы заехали за ней домой к ее родителям в деревне, а теперь везем ее в Минск. Она говорит, что мы можем высадить ее сразу на въезде в город – дальше она доберется сама, но нам совершенно нетрудно довезти ее от порога до порога. Кроме нее с нами едет ее сестра с маленьким ребенком, в багажнике – их вещи и деревянная лошадка-качалка.
Подружка переживает, что это наглость с ее стороны. Что запас нашего дружеского участия давно исчерпан.
И она искренне готова вылезть на въезде и тащить через весь город детей, сумки с банками огурцов – родительские гостинцы – и деревянную коняшку на своем скромном тщедушном горбу.

Collapse )
Материнскому инстинкту и женской сексуальности не оставили ни единого шанса...

soviet-underwear-14

Своя хатка ближе к телу

Рюкзак натер плечи уже через десять минут интенсивной ходьбы, через пятнадцать я просовывала пальцы под ремешки, чтобы приподнять их над стертыми саднящими ключицами - через несколько минут ремешки натерли пальцы. Пластмассовая застежка рюкзака белорусского производства тоже добавляла причин для раздражения: постоянно расстегивалась.

Collapse )


Люди под одеждой

- Представляешь, все люди под одеждой абсолютно голые! Это же просто отвал башки какой-то! Абсолютно все!

Я почувствовала глухое раздражение. Во-первых, мне ужасно не нравилась фраза "отвал башки". Во-вторых, я не очень хорошо понимала, чем мы с ним занимались в тот момент, но, чтобы не обидеть его, я неискренне и натянуто улыбнулась.

Collapse )