?

Log in

No account? Create an account

Цифровой самиздат Елены Литвин

ГЕДОНИЗМ. ЭСКАПИЗМ. ГУМАНИЗМ.

Previous Entry Share Next Entry
Социопат нашего времени
litvinen
Сняв свою «холмсиаду», Гай Ричи перевернул все представления о самом знаменитом сыщике и совершил тем самым, похоже, самую настоящую революцию. Покусившись на святое наше-все-лапы-прочь и разрушив канон, он не только подарил миру нового изумительно очаровательного Шерлока Холмса, но и показал пример, который оказался невероятно заразителен: возделанную британским режиссером пашню мгновенно и с огромным воодушевлением принялись "довозделывать" тут как тут набежавшие последователи. Отныне, как мне кажется, все последующие Шерлоки обречены быть в той или иной степени такими же восхитительными социопатами, которые хотя и смотрят на окружающих, как на дырку на бублика, но на них решительно невозможно обижаться: настолько они обворожительны в своем осознании собственного гения и своего превосходства над всеми.
Холмс британского мастера наделен таким несвойственным предыдущим "реинкарнациям" качеством, как сексуальность: до этого мы знали гения дедукции исключительно как гения дедукции - он пленял как виртуоз и профессионал, но не как мужчина. Очарованию нового образа поддались и создатели быстренько состряпанного вслед за ричиевским детищем сериала «Шерлок». В котором я лично вижу только спекуляцию чужими искрометными и остроумными находками, а в игре Бенедикта Камбербэтча - сплошное подражание Роберту Дауни-младшему. Видимо, чтобы сериал не выглядел совсем уж откровенным плагиатом, здесь решили использовать несколько «фишек»: действие перенесено в современные реалии, а неизменный тандем то и дело подозревают в нетрадиционных взаимоотношениях. Словно получив своеобразную отмашку от Гая Ричи – мол, можно! – создатели сериала решают пуститься в вольных интерпретациях еще дальше, но, все же, не во все тяжкие: застолбить тему-застолбили, чтоб не «увели», но и никого не фраппировали. Потому как если голого, прикованного наручниками к роскошной гостиничной кровати "ричиевского" Холмса еще стерпели кое как, то Холмса-гея могла бы не оценить даже самая прогрессивная часть человечества - тем более, что целевой аудиторией сериала была все же не она.
Ну и, конечно, изо всех сил тужится и старается не отставать от трендов и отечественная киноиндустрия – появился сериал про Шерлока и у нас. Что я могу сказать... Пытаясь угодить всем, Игорь Петренко, в чем я ему бесконечно сочувствую, вынужден был постараться соединить в своем персонаже совершенно несоединяемое (получилось у него это ужасно): дерзкого и скандально сексуального Дауни-младшего (потому как слишком уж непреодолимо очарование нового образа и слишком востребовано сейчас), и Ливанова, потому как ну мы-то куда ж без этого! Ибо над нами довлеет проклятие непререкаемого авторитета «наших древних королей»: существует только «наше старое доброе», а прочую Гай Германику – на кол. Поэтому для наших режиссеров главное - не их собственное авторское высказывание, а череда намеков на святое-наше-все-лапы-прочь. Они словно бы дергают зрителя за рукав: а здесь мы сделали как в том фильме, помнишь? А тут у нас как там, а здесь мы похожи вот на этот эпизод, мы нигде ничего не нарушили и всюду сделали все, как ты любишь!
Дети очень любят, когда им читают их любимые сказки. Они помнят их наизусть и поправляют чтеца, если тот вдруг что-то переврет. Им нравится слушать одну и ту же любимую историю, и она им ничуть не надоедает: они "послушно" пугаются в страшных местах и охотно радуются успехам главных героев, словно они для них неожиданны. Это объясняется тем, что в меняющемся, тревожащем и не подконтрольном маленькому человечку мире ему необходимо иметь что-то, что раз за разом развивается по привычному, знакомому сценарию. Всякий раз опасаясь, что у сказки может оказаться иной – пугающий - конец, дети радуются, убеждаясь, что все осталось на своих обычных местах. Не потому ли в Советском Союзе в новый год по телевизору крутили одни и те же фильмы, которые с неубывающим восторгом все смотрели снова и снова? И не потому ли сейчас
у нас настолько косный зритель, который снова и снова, как заведенный, твердит про старое доброе советское кино, наотрез отказываясь воспринимать что-то новое?
Существует такой интересный феномен, как неспособность понимать, что происходит на экране: такой зритель каждую секунду спрашивает «а куда он пошел?», «а зачем он это сделал?», «а кто это?» Подобные «киноманы» есть везде, но у нас их, наверное, больше чем где либо. Именно поэтому наших режиссеров, наверное, можно понять: они прекрасно понимают, к кому обращаются. Поэтому если уж герой на экране хромает, то хромает он самозабвенно и просто на все тело, если он пьет, то он вливает в себя из кружки жидкость, которая льется по бороде, и рыгает (серьезно, вы когда-нибудь видели
в жизни нечто хотя бы отдаленное подобное?) Кажется, еще чуть-чуть, и в наших фильмах начнет звучать закадровый голос, объясняющий, что происходит на экране: «хромой герой входит в корчму и пьет пиво, смачно рыгая, потому что он пьяница и оборванец, это видно по пяти слоям старательно наложенной грязи на его лице и по его вусмерть измочаленным лохмотьям…» Потому что если этого не проговаривать, наш зритель не поймет, что перед ним пьяница и оборванец.
Поэтому и нету у нас своего Гая Ричи, и не появится еще долго.
Подытоживая, могу сказать: если Гай Ричи снял произведение искусства, а британские сериальщики сделали, как это назвали бы на Луркморе, не самый паршивый мейнстрим, то глядя на продукт наших на все руки от скуки мастеров кино остается в очередной раз сокрушенно и горестно всплакнуть о заплеванной вечности...

Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.